Структура собственности бизнеса группы компаний, которые мы, боясь ошибиться, условно назовем «Вик Ойл», представляет собой поистине вершину навыков плетения корпоративной паутины. В этой публикации мы сделаем очередную — и не факт, что до конца успешную — попытку разобраться в хитросплетениях отношений владения между многочисленным ООО, ЗАО и ДП группы «Вик Ойл». Делаем мы это не из праздного любопытства, но потому, что ситуация с продажей сети АЗС «УТН-Восток» вызвала у читателей журнала неподдельный интерес. В свете грядущей сделки вопрос о прозрачности имеет ключевое значение. Ведь речь идет о действительно крупной сделке (сеть насчитывает 118 автозаправочных станций), а прозрачная сделка — сигнал двигаться к новым стандартам ведения бизнеса для всех без исключения игроков рынка.

Роман Городецкий

Чтобы, по крайней мере, приблизиться к пониманию того, как устроен розничный бизнес по торговле нефтепродуктами «Вик Ойла», НефтеРынку довелось провести мини-расследование. Из разрозненных кусочков информации мы попытались составить целостную картину без претензий на абсолютную истинность.

Чужими брендами
Итак, первое, что бросилось в глаза при исследовании корпоративной структуры «Вик Ойла», так это ее подвижность. Собственники компаний менялись так же часто, как и руководители отдельных структур. В этом хаосе мы обнаружили один четкий тренд — собственность группы неизменно выводилась в офшорные зоны.

Начнем с компании, которая до сих считалась главной структурой, оперирующей розничным бизнесом группы по торговле нефтепродуктами — «УТН-Восток». Именно от лица этой компании НефтеРынок услышал обвинения в предвзятости в свой адрес. Именно этой компании АО «Укртатнафта» в конце июля предъявила претензии в отношении недобросовестного использования торгового знака «Укртатнафта». И именно эта компания, как утверждается в ее официальном пресс-релизе, в 2007 году продала 27 % своих акций инвестиционному фонду PPF Investment.

Как мы уже писали в предыдущих номерах, этот фонд имеет очень мало общего с международной финансовой и инвестиционной группой PPF, единственное, что их объединяет, так это право на использование бренда. Таким образом, предполагаем мы, владельцы «Вик Ойла, вполне могли сами создать инвестфонд с громким именем и, зарегистрировав его в офшорной юрисдикции на острове Джерси, перебросить на него 27 %. Цена сделки могла быть сколь угодно большой, какой именно — зависело только от фантазии совладельцев компании и от их желания разогнать капитализацию в преддверии будущей сделки по продаже активов.

Если наше предположение правильно, то выплывает интересная особенность ведения бизнеса «Вик Ойлом». Всякий раз компания пользуется чужими брендами: не только при продаже топлива (ТМ «Укртатнафта»), но даже бенефициаров своих предпочитает скрывать за громкими аббревиатурами.

Ближе к солнцу и морю
Так вот, нам удалось проследить динамику изменения в структуре собственности компании «УТН-Восток» начиная с 2004 года и по сей день. Пять лет назад ее учредителями значились ООО «Вик Ойл» и ООО «Восток». Причем именно последняя в 2005 году фигурирует как владелец 97 % «УТН-Восток». Об ООО «Восток» мы поговорим подробнее чуть позже. С 2006 года в «УТН-Восток» стали происходить странные изменения. Сначала из перечня владельцев компании исчезает ООО «Восток». А ведь именно эта структура, по нашему убеждению, является центром всей группы. На ее месте появляется дочернее предприятие «Межрегиональный инвестиционный союз», на 100 % контролируемое все тем же ООО «Вик Ойл».

Консолидация прав владения над «УТН-Восток» — важнейший момент перед следующим шагом. Уже по состоянию на январь 2008 года среди владельцев «УТН» украинских компаний нет. Вместо «Вик Ойла» и его «дочерки» появляется компания «Меденика» с пропиской на Кипре — еще одном популярном офшорном рае. Если допустить, что наша цепочка является непрерывной, получается, что вся собственность «УТН-Восток» была выведена в офшорную зону. Автор немного знаком со спецификой офшорного дела, а потому берется утверждать: есть две главные цели, преследуемые собственником, который выводит свои активы в офшор. Первая — потребность в оптимизации налогообложения и вторая — проведение сделки купли-продажи активов опять-таки с целью минимизации фискальной нагрузки, а также сохранения анонимности.

Все это мы рассказываем затем, что никакой PPF по состоянию на 2008 год (а сделка, по утверждению менеджеров «УТН-Восток», напомним, состоялась в 2007‑ом) в перечне владельцев «УТН-Восток» не фигурирует. А может, и не было ничего? В пользу нашего предположения свидетельствует и то, что на прошлой неделе стало известно о том, что компания Home Credit, которая входит в состав группы PPF, вышла из состава учредителей украинского банка «Приватинвест». Такое впечатление, что после того, как история с «УТН-Восток» стала вредить имиджу международного инвестфонда, он решил вообще вывести свои капиталы из Украины.

Раздробленная сеть
А теперь, как и обещали, вернемся к загадочному ООО «Восток». Еще в 2005 году эта компания была явным центром всей группы. Она выступала мажоритарным собственником «УТН-Восток», владела 34 % акций «Торгового дома «Восток»» и, что самое главное, являлась учредителем компаний, которые по договорам о совместной деятельности строили крупные автозаправочные комплексы. В частности, при участии ООО «Восток» были построены АЗС на проспекте Красных Казаков и проспекте Освободителей в Киеве, на улице Ялтин-Плотина в Симферополе и на улице Петровского в городе Днепродзержинске. Кроме того, «Восток» является учредителем ряда непрофильных (не имеющих отношения к торговле нефтепродуктами) бизнесов: строительном, фармацевтическом, автотранспортном и т.д.

Казалось бы, в том, что инвестором этих АЗС выступало ООО «Восток», нет ничего удивительного, если бы не одно «но». Если это действительно так, то «УТН-Восток» управляет далеко не всей сетью АЗС, часть (большая или меньшая, сложно сказать) разбросана по различным структурам, в каждой из которых — свое соотношение между долями собственности партнеров группы «Вик Ойл». Получается, что единой управляющей компании у сети АЗС не было. Есть и более радикальное предположение: партнеры, не до конца доверяя друг другу, опасались создавать единую управляющую компанию, предпочитая получать свою долю прибыли, заключая договора о совместной деятельности по каждой отдельной станции. Едва ли это характеризует совладельцев условной группы «Вик Ойл» с хорошей стороны. Без доверия сложно создать действительно эффективный бизнес.

Вероятно, к необходимости консолидации активов собственников как раз и подтолкнули финансовые проблемы: переменчивые тренды на рынке нефте­продуктов и отсутствие слаженной работы по управлению раздробленной сетью АЗС не приносили партнерам желаемых дивидендов и побудили их продать свой бизнес. Продавать активы по кускам, как известно, не принято, поэтому возникла объективная необходимость их консолидации. Кстати — исключительно для справки — ООО «Восток» также принадлежит офшорной компании «Марксвил Инвестмент Лимитед».

Наконец-то, лица!
Единственная компания, среди конечных бенефициаров которой мы можем видеть не юридические, а свежие и румяные лица физические, это ООО «Вик Ойл». Среди ее учредителей, по состоянию на 2005 год, значатся: Тимур Валитов — мажоритарный собственник, владеющий 78,6 % акций компании, Николай Гавриленко (10,7 %) — наиболее публичный персонаж в группе, Анатолий Гаврильченко и Вячеслав Зименков (по 5,35 % акций).

Что самое интересное, компания, наиболее прозрачная с точки зрения структуры собственности, имеет очень мало реальных активов. Практически во всех более или менее крупных компаниях, где ООО «Вик Ойл» выступает учредителем, ее доля мизерна. Так, компания владеет 0,09 % акций ООО «Восток», 7,5 % акций — ЗАО «Вик Ойл» (о нем — ниже), владела 3,2 % акций «УТН-Восток» (до перевода этой доли в кипрский офшор). Компания с самым крупным уставным фондом в структуре ООО «Вик Ойл» — «Торгово-финансовая компания «Европа Лтд», доля учредителя — всего 0,25 %. Единственным активом, где во владении ООО «Вик Ойл» находится относительно крупный пакет акций, являются 34 % акций «Торгового дома «Восток»» (таким же пакетом ТД владеет ООО «Восток»).

Возникает логичный вопрос: почему основатели группы «Вик Ойл» демонстрируют ненужную скромность, когда речь заходит о том, чем они реально владеют. Ответ очевиден и даже в озвучивании, кажется, не нуждается. Напоследок, позволим себе только вспомнить еще об одной структуре, потерявшейся в веренице похожих одно на другое названий, — ЗАО «Вик Ойл». Эта компания — своеобразное офшорное зеркало ООО «Вик Ойл». По некоторым данным, основным его владельцем (86 % акций) является компания «Турителла Корпорейшн», зарегистрированная на Британских Виргинских островах. Пакеты остальных владельцев не достигают и 10 % акций. Такой расклад отдаленно напоминает структуру собственности в украинском ООО «Вик Ойл» (крупнейший пакет — у Тимура Валитова плюс миноритарии в лице Гавриленко, Гаврильченко и Зименкова). А это уже классическая схема функционирования отлаженного офшорного механизма — работу делаем дома, то есть в Украине, прибыль делим за бугром. Что ж, как прозвучало в однажды в КВН: «Кто как может!»

Покупатель подумает дважды
В контексте обозначенной сделки по покупке сети АЗС группы «Вик Ойл» все вышесказанное должно, как минимум, заставить претендента на розничные нефтепродуктовые активы еще раз задуматься. Одним из учредителей компании ТНК-ВР является British Petroleum — компания, чьи корпоративные стандарты являются примером для тысяч других бизнесов. Часто BP предпочитала стратегии агрессивного расширения, взвешенный подход в отношении участия в новых проектах и приобретениях.

Непрозрачная, откровенно запутанная и «офшоризированная» структура собственности группы «Вик Ойл» пока не позволяет говорить о прозрачности этой сделки. Как минимум, эта непрозрачность сыграет на пересмотр ее ценовых параметров в сторону снижения. Если ТНК-ВР и решится на сделку, то можно с высокой степенью вероятности утверждать, что возможные риски приобретения будут заложены в цену покупки.